МАНЯЩЕЕ ЧУДО

Я перечел строки, в которых известный писатель выражает признательность книгам:

«Будто погруженные в сон, безмолвно стоят они вдоль стены... Они не кричат тебе умоляюще вслед, не рвутся вперед. Они не просят, они ждут, когда ты откроешься им сам, и лишь тогда они открываются тебе. Сначала тишина: вокруг нас, внутри нас, и, наконец, ты готов принять их — вечером, отринув заботы, днем, устав от людей, утром, очнувшись от сновидений».

Увы, нет, к сожалению, теперь той располагающей к чтению тишины, о которой проникновенно писал когда-то Стефан Цвейг. Звучит голос радио, размноженный транзисторами, гремят магнитофонные ленты, днем и вечером маняще мелькает экран телевизора.

Естественное беспокойство охватило читающий мир.

Я перебираю пожелтевшие и свежие вырезки газет, листаю страницы журналов.

«...Книга умерла... Эра печатного слова идет к концу, наступает эра изображения...» — панически утверждают одни.

Другие резонно замечают: «Телевидение — тоже своего рода «печатный» станок, которому суждено внести в историю культуры вклад не меньший, если не больший, чем внесло изобретение Гутенберга».

«Вот именно,— острят юмористы.— Два самых больших открытия человечества — книгопечатание, которое способствует распространению книги, и телевидение, которое отрывает человека от чтения».

«Книга, если вдуматься, большее чудо, чем телевизор,— иронизирует серьезный писатель,— телевизор смотреть может и гусь, а книгу читать может только человек...».

Энтузиасты телевидения спокойно парируют: «Развитие телевидения не зависит ни от презрения, ни от признания. Отрицать телевидение поздно! Оно есть. Оно будет».

Спорят, обсуждают, волнуются литераторы, социологи, деятели культуры…

Можно посмеяться над теми, кто предвещает кончину литературы, но не видеть изменений в психологии читателя и отношении к книге с появлением телевидения уже нельзя.

Думается, однако, что, как ни популярно и всемогуще телевидение, как ни манки его соблазны, литература имеет свои сильнейшие притягательные особенности. Отменить книгу невозможно, как, впрочем, нельзя отменить и телевидение. И надо не отменять, а развивать и то и другое в активном творческом единении. Телевидение не обязательно должно сокращать число читающих. Напротив, оно может возбудить еще больший интерес к писателю, его книге, литературе в целом — популяризировать ее традиционные жанры, создавать новые, собственные...