Поиск фактов

Подготовка к интервью предполагает работу без камеры. Источником материала могут служить книги, вырезки из старых газет, протоколы заседаний общественных организаций и телефонные звонки к знающим людям. "Нельзя забывать об одном правиле: все имеет своих сторонников и противников. Выслушайте аргументы обеих сторон и изложите их соперникам — желательно перед камерой" (с. 142).

У каждого репортера свои приемы подготовки к интервью на разные темы. За день узнать, что придется брать интервью, например, у представителя той или иной страны в ООН, — совсем не то, что получить распоряжение без промедления ехать на пожар. Заблаговременно получив задание на встречу с представителем ООН, один репортер проведет час-другой в библиотеке за чтением последних сообщений "Нью-Йорк таймс", другой попросит редактора придумать ему пару вопросов, а третий отправится на интервью без подготовки, едва помня несколько заголовков. Один репортер напишет вопросы, но будет держать бумагу в кармане — на всякий случай. Тот репортер, который "вроде бы помнит" заголовки, возможно, не будет ничего писать или даже заранее продумывать вопросы, надеясь очаровать своего собеседника белозубой улыбкой.

Благодаря знакомству с темой репортер должен вести интервью так, чтобы оно было понятно рядовому зрителю. Скажем, в город прибыл министр сельского хозяйства, чтобы произнести две речи, посвященные обсуждаемым в конгрессе предложениям о "пшеничном балансе". Этот термин ничего не значит для студента отделения компьютерных наук колледжа или рабочего, только что вернувшегося домой после восьмичасовой смены на заводе Форда. Поэтому репортер спрашивает министра: "Насколько подорожает буханка хлеба, если эти предложения пройдут?" "Ни на сколько, — раздается в ответ, — если хлебопекарные компании примут их. Иначе, примерно на пенни". Таким образом репортеру удается просто рассказать о сложном. Теперь рабочему понятно. Если он обращается в сторону кухни: "Эй, Эйнджи, ты слыхала насчет хлеба?", репортеру удалось помочь специалисту так рассказать о сложной проблеме, что рядовые американцы, сидящие у телевизоров, поняли ее суть и проявили заинтересованность. Именно в этом видит Фэнг смысл теленовостей.

Репортер мог бы сформулировать вопросы иначе. Вместо того чтобы спросить: "Насколько подорожает хлеб?", он мог бы задать следующий вопрос: "Насколько увеличится средняя стоимость того объема пшеницы, который необходим для выпечки одной буханки хлеба?" Такой вопрос не был бы понятен зрителю, поскольку репортер говорил бы не на его языке. Рабочий не понял бы суть проблемы. Он, возможно, взял бы программу телепередач, чтобы посмотреть, какой фильм станция покажет после такого занудного выпуска новостей.