ВНУТРЕННИЕ ФАКТЫ

 

Картина Вальтера Рутмана «Берлин» сделана совсем иначе. В его кадрах не появляются самостоятельно живущие образы, обладающие определенной выразительной силой, а только оптические впечатления от образов: картины образов. Контуры и очертания стираются, переходят и наплывают друг на друга, сливаются друг с другом, и этим уничтожается конкретность зрительных образов.

Трамваи и джазбанды, тележки с молоком и женские ноги, уличная давка я машины — все это вертится, как в полусне, подымаясь призрачным водоворотом как бы из подсознания. Ни один кадр не обладает особой значимостью, особой глубиной, особой тайной. Тут дело не в многочисленных отдельных кадрах и изображениях, не в многочисленных отдельных образах, а в целом, в едином оптическом впечатлении, проявляющемся в монтаже.

Аппарат как бы повернут вовнутрь и схватывает не явления внешнего мира, а их отражение в сознании. Не самую вещь, а ее снимок в психике фиксирует киноаппарат.