ТИШИНА И ПРОСТРАНСТВО

 

На театре тоже нельзя передать тишину. Для этого пространство сцены слишком ограничено, а переживание тишины — пространственное переживание. Когда я воспринимаю тишину? Разумеется не тогда, когда я ничего не слышу (глухой не знает, что такое тишина). Напротив, когда утренний ветер доносит крик петуха из соседней деревни, когда с горы, с очень большой высоты слышится топор дровосека, когда на море звучат голоса людей, которых едва видно, когда среди зимнего пейзажа где-то вдали, на расстоянии нескольких километров, вдруг хлопнет бич,— вот тогда я слышу тишину. Тишина — это далекая слышимость. И чем тоньше мой слух, тем больше я охватываю пространство, и это пространство становится моим окружением. Шум воздвигает вокруг нас как бы шумовые стены, в которых мы находимся. Внешняя жизнь покрывается этим шумом, и мы видим ее как через окно.

Она становится похожа на немую пантомиму. Безмолвное же, безгласное пространство никогда не станет конкретным. Мы ощущаем лишь то видимое пространство, которое мы также и слышим.