ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЙ МОНТАЖ

 

Ассоциативная ткань монтажа пробуждает в нас не только настроения, эмоциональные оттенки, вызывает не только намекающие сравнения. Она провоцирует мысли, однозначно-ясные мысли, она формулирует процесс познания, выводы, логические суждения и оценки.

В фильме Пудовкина «Конец Санкт-Петербурга» мы видим перемежающиеся кадры войны: биржа—поле битвы. Курс повышается — солдаты падают, и т. д. Мысль выражена наглядно. Эта смежность служит познавательным целям. Не иррациональное настроение, а вполне конкретное, марксистское познание, которое вследствие своей наглядности действует, разумеется, и эмоционально и агитационно.

Когда эрмлеровский «человек, потерявший память» («Обломок империи») в своих воспоминаниях, похожих на видения, видит войну, то в каждом бойце, будь то русский или немец, он видит самого себя. И когда двое солдат приближаются со штыками друг к другу, то у обоих его лицо. И когда они внезапно замедляют шаг, улыбаются и подают друг другу руки, то они узнают друг в друге самих себя. Иван тут — и Иван гам! Ибо не чужие и не враги стоят друг против друга... Вот что явствует из этих кадров. И эта глубокая, прекрасная мысль никогда не подействовала бы с такой потрясающей силой, если бы она была выражена словами, например: «Все люди были, как ты и я». Мысль в монтаже кадров приобретает жутко-чувственную фактичность.