«ДЕТСТВО ГОРЬКОГО»

 

«Союздетфильм», 1938 г. Сценарий И. Груздева и М. Донского. Режиссер М. Донской. Оператор П. Ермолов. Художник Н. Степанов. Композитор Л. Шварц. В ролях: Алеша Лярский, В. Массалитинова, М. Трояновский, Е. Алексеева, В. Новиков, Д. Сагал, А. Жуков, С. Тихонравов, К. Зюбко и др.

 

Имя Марка Донского было известно кинозрителям с середины 1920-х годов. Начав помощником режиссеров, он затем ставит совместно с М. Авербахом и В. Легошиным ряд картин. Его жизненный опыт юриста, его увлечение спортом, позволявшее постоянно держать связь с молодежью, — все давало основание думать, что Донской станет в кино певцом так называемой молодежной темы. Но вот в 1938 году на экраны выходит его фильм «Детство Горького», и зрители узнали иного Донского — искусного бытописателя дореволюционной России, непревзойденного экранизатора классической прозы Максима Горького.

«Когда я задумал кинотрилогию по повестям Горького, все то, что в них описано, уже было далеким прошлым. Но образы этих гениальных произведений не потеряли своей силы и значения. С огромным волнением, преодолевая смущение, обратился я к великому художнику и мыслителю и поделился с ним своими замыслами. На всю жизнь запомнил ответ Горького: "Нехорошо воздвигать человеку памятник при жизни!"»

И все-таки свою мечту поставить фильм о Горьком Донской не оставлял. Однако несмотря на успех «Песни о счастье», молодому режиссеру боялись доверить столь сложную и ответственную постановку. Еще задолго до начала работы над фильмом появились две статьи, авторы которых утверждали, что успех его предыдущих картин случаен.

Шесть лет Донской готовился к съемкам трилогии о Горьком. Вынашивал тему, идею произведения, характеры. В произведениях любимого писателя искал он ответы на мучившие общество вопросы. Сами съемки заняли немного времени.

Горький умер в июне 1936 года, а фильм о нем — «Детство» — вышел на экран два года спустя.

Первыми зрителями и судьями «Детства» были родные автора повести, а также писатели Александр Фадеев и Михаил Кольцов. В оценке фильма принимали также участие многие биографы Горького и специалисты-литературоведы.

Михаил Кольцов писал: «От начала и до последнего кадра вас не покидает атмосфера Нижнего Новгорода, пристаней, волжского говора, природы, вещей, людей, жестов, интонаций, песен. Ничего ложного, нарочитого, подчеркнуто архаического. Ни одной фальшивой ноты!»

Окрыленный большим успехом «Детства», Донской на следующий год выпускает фильм «В людях», а еще через год — «Мои университеты», воссоздав таким образом на экране горьковскую автобиографическую трилогию.

Экранизация Донского стала известна за рубежом только после войны, и несмотря на то, что прошло без малого два десятилетия со дня ее рождения, трилогия была признана выдающимся произведением искусства кино, а ее автор был удостоен в Англии в 1954 году почетной премии Ричарда Уинингтона.

Трилогия Донского монолитна по замыслу. Режиссер последовательно решает биографию Алексея Пешкова как жизнь типичного народного самородка, как одного из многих. «В творчестве Алексея Максимовича меня всегда волновала трагическая тема загубленных, нераскрывшихся талантов — людей из народа», — говорил Донской.

В каждом фильме перед нами предстает галерея колоритных реалистических образов. Однако, сравнивая три части целого, нельзя не отметить особенной свежести первого фильма — «Детства Горького» — особенной удачи здесь и актеров, и режиссеров, и оператора П. Ермолова.

В «Детстве» Донской очень удачно передает так свойственное Горькому сочетание суровой жизненной правды и возвышенной романтики. Школьник Алеша Лярский очень скромно, сдержанно (Алеша Пешков был озорнее, строптивее) играет свою, по сценарию центральную роль.

Вместе с Алешей зритель входит в большую семью Кашириных. Зритель открывает противоречивость и человеческую сложность членов этой семьи. Вот дед Каширин (М. Трояновский). Злой и озлобленный старик неудачник, скупец, самодур, тиран семьи, истязатель бабушки и маленького Алексея — Каширин при этом не лишен человеческих черт, где-то в глубине души он хранит сердечную теплоту и доброту. Таким сложным, многогранным и противоречивым предстает в «Детстве» характер каждого действующего лица.

В фильме много актерских удач. Помимо М. Трояновского необходимо отметить Д. Сагала, создавшего поэтический образ Цыганка, Е. Алексееву (Варвара), В. Новикова (Яков), А. Жукова (Михаил), К. Зюбко (Григорий) — все с одинаковым увлечением и подъемом, с большой теплотой и человечностью играют свои роли.

Особенный интерес вызывает исполнение роли бабушки Акулины Ивановны актрисой Малого театра Варварой Массалитиновой. Писатель Михаил Кольцов отмечал: «Созданный ею образ бабушки глубоко волнует, он потрясает яркостью какого-то внутреннего света. Именно такой всегда виделась бабушка из горьковского "Детства" — простой, многострадальной и в то же время внутренне светлой, мудрой своей кристально чистой, как полевой родник, народной мудростью».

В 1928 году Варвара Массалитинова встречалась с Горьким в Москве, когда он вернулся из Италии. Она спросила писателя: «Как вы отнесетесь к тому, если я попытаюсь сыграть в кино роль бабушки из вашего "Детства"?» Алексей Максимович сначала промолчал. Но во время разговора о мировом литературе и театре, который он вел с окружающими, Горький все время поглядывал на актрису, словно взвешивая все «за» и «против». И только когда Массалитинова поднялась, чтобы уйти, он лаконично ответил: «Подходите!» Блеснула его обаятельная из-под усов улыбка, прибавил: «Только нос подтяните».

Летом 1937 года к Массалитиновой обратились из Союздетфильма с предложением сыграть бабушку. На вопрос, почему постановка картины все время откладывалась (с момента свидания с Горьким прошло девять лет), актриса получила неожиданный ответ. Оказывается, образ Кабанихи, сыгранный Массалитиновой в кино («Гроза»), по мнению кинопроизводственников, не позволял пригласить ее на прямо противоположную роль.

Массалитинова даже не сыграла, а прожила на экране жизнь Акулины Ивановны. Многие черты она взяла от своей бабушки, прежде всего великое человеколюбие и полную освобожденность от религиозности. Другой образ, помогший актрисе, — образ няни Пушкина Арины Родионовны.

Во всех трех фильмах использованы мотивы разных горьковских произведений. В фильме «Детство» введен эпизод из рассказа Горького «Страсти-мордасти». Герой этого рассказа — маленький калека, обреченный жить и умереть в затхлом подвале, — мечтает о «чистом поле», о том, чего он никогда не видел, о чем знает только из сказок и что представляется ему прекрасным. Он просит достать тележку и вывезти его в «чисто поле». В рассказе мечта мальчика не сбывается.

Но режиссеру захотелось, чтобы она сбылась. В его фильме Алеша Пешков с друзьями вывозят мальчика в поле, на широкий простор. Писатель А. Фадеев сказал об этом эпизоде: «Донской реализовал мечту не только больного мальчика, но и самого Горького».

Трилогия Марка Донского были произведением уникальным в кинематографе 1930-х годов. Пожалуй, ни в одном другом фильме экран не поднимался до такой жестокой беспощадной правды изображения русской дореволюционной жизни. Дореволюционная история России предстала в обыденном течении времени: не герои исторических фильмов, не полководцы, былинные молодцы и благостные старцы, а реальные люди — околоточные, студенты, босяки, мастеровые, дворники, прачки — заселили экран.

Донского упрекали в натурализме, но «правда выше жалости»; он показал все так, как это было написано Горьким, и мера этой правды была необычной для экрана 1930-годов.

Фильм «Детство Горького», как и вся трилогия, вошел в золотой фонд мирового реалистического киноискусства.